umbloo (umbloo) wrote,
umbloo
umbloo

Category:

Журнал «Пионер» полвека назад

Пятьдесят лет назад я сам ещё читать не умел, зато моей сестре было уже десять лет, и ей выписали журнал «Пионер». Когда я подрос, подшивки этих сёстриных журналов стали моими любимыми — наверное, их в детстве я читал и перечитывал чаще всего. И сейчас считаю, что 1965—1970 были лучшими годами «Пионера». Можно посмотреть, что там печаталось ровно полвека назад, в июле 1966 года.
Журнал тогда выходил в среднем формате — покрупнее, чем пятидесятые годы, поменьше, чем в семидесятые. Восемьдесят страниц на довольно скверной бумаге, в основном чёрно-белый, с редкими вкраплениями красного или синего цвета (в основном в заголовках). А цветными были обложка и четыре страницы вклеек на хорошей бумаге. Зато содержание было очень насыщенное.


Хотя читатели этого номера родились уже после войны, но всё же она была ещё совсем недавней — как для нас девяностые годы. И тема войны в «Пионере» появляется постоянно, и в очерках, и в материалах о пионерской жизни («красные следопыты» и т.д.), и в повестях и рассказах.

Большую часть объёма журнала в те годы занимали повести с продолжениями — в одном этом номере таких три. И одна из них, вот эта, — про войну, про Париж времён оккупации, подпольщиков и т.д.


Впрочем, война — это не только прошлое, но и настоящее. Большой очерк про Вьетнам.


Качество фотографий тут, как и всюду в журнале (кроме вклеек) , скверное.

«Книжная лавка…» Кальмы в этом номере начинается, а две другие повести с продолжением — завершаются. Одна — это, на мой вкус, едва ли не лучшая вообще повесть Крапивина:


Рисунки Евгения Медведева, естественно.


Другая — «Король Матиуш Первый» Януша Корчака. Он печатался с сокращениями, некоторые главы в переводе, другие — в пересказе. Отбор того и другого скорее сюжетный, чем цензурный…


Иллюстрации Владимирова и Терлецкого, но внешность героя срисована с классических картинок Ежи Сроковского. А Владимиров и Терлецкий в «Пионере» тех лет вообще занимались большими переводными сказочными повестями — через год, например, им достанется «Мэри Поппинс» в заходеровском пересказе.


Ещё в номере пара рассказов.

Один — бытовой и мрачный, про парнишку и его сильно пьющего отца. Конец благополучный (отец таки завязал), но ни на десять лет раньше, ни десятью годами позже представить в «Пионере» такую тематику немыслимо.

Второй рассказ — фантастический.


Вообще в «Пионере» тогда печаталось неожиданно много фантастики — и отечественной, и переводной (включая Брэдбери и Азимова), и «творчество читателей».


Так что с прозой в седьмом номере всё в порядке. Со стихами всё куда беднее — их всего пара штук, и то шуточных и не лучших.

А лучшие стихи в этом году пришлись на другие номера, в основеном зимние. Почему так — не знаю.

И в этот год, и в ближайшие был в «Пионере» такой постоянный жанр: документальные, беллетризованные или просто вымышленные очерки о том, как какая-нибудь компания школьников полезно и\или увлекательно проводит свой досуг. Этот номер приходится на летние каникулы, когда свободного времени много, так что тут таких материалов сразу два. Один обеспечивает тот же Крапивин со своим свердловским клубом, там снимают кино:


Заодно видно, как в оформлении журнала используется второй цвет.


Второй — кажется, вполне вымышленный, лагерно-походный, с продолжением.


Кусок в нашем номере приходится на маскарад и танцы.


Даже одну полосу вклейки цветной под маскарадные костюмы отвели!

С советами, как все эти наряды соорудить почти из ничего:


И другие более или менее постоянные рубрики. Новости пионерской жизни:


Письма читателей «А у нас… А у вас…»

Тут в основном письма об «успехах и достижениях». Раздел писем о проблемах тоже был, даже два, но в этот номер они не попали.

Краеведческая страничка:


Футбольная:


Кстати, здесь же — одно из самых ранних упоминаний у нас о фанатах-тиффози:


«Что нам читать» — книжные рецензии.


Всякое любопытное со всего света:


Шахматный раздел:


Математического, про Троих Неизвестных, пока нет, но он скоро появится и станет постоянным.

«Нескучайка» с головоломками — предшественница будущей «Ума палаты»:


Юмористический раздел с роботом Смехотроном — довольно унылый. Ему предстоит улучшиться в следующие годы, когда Смехотрон полностью переберётся в комиксы с продолжением, и появится «Клуб Сóрок сорóк». А пока как-то вот так…


Вклейки в основном живописно-познавательные, в данном случае три из четырёх отведены художнику Пластову.


Заодно — отрывок воспоминаний Петра Кончаловского о том, как он во время войны писал «Лермонтова»:


Очерк о пионерлагере близ границы:


Геннадий Снегирёв с Маем Митуричем в это время как раз на Командорах. Митурича в «пионере» печатать избегали, так что вместо его картинок — фотографии:


Третья страница обложки обычно отводилась под что-то вроде нынешней «социальной рекламы»:


Призывы довольно общие, а на последней странице обложки и перед нею — уже конкретика о разных вредителях:


Вот такой номер.


Вообще, повторюсь, этот год для «Пионера» был из самых насыщенных и удачных. Если кому интересно, мы можем как-нибудь сделать обзор по всей подшивке, — более беглый, конечно. А кое-что, может быть, отдельно и подробнее.
Tags: "Пионер", старые книжки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments