?

Log in

No account? Create an account
Умблоо
Умблоо
Татуировки в Кабуки (2) 
29-ноя-2011 02:02 pm
Ясу
 (Окончание. Начало здесь)
 
Синдзабуро: между тем успешно разыскал свою курильницу, вернул её господину и вновь принят на службу. Вместе с утерянным было положением он вернул себе и былую невесту — девушку из знатной семьи, помолвка с которой расстроилась было в годы его опалы. От Миёкити он хочет поскорее отделаться и прямо заявляет ей о разрыве. А чтобы не выглядеть неблагодарным (в пору его изгнания гейша помогала ему чем могла), ссылается на слухи о том, что у неё роман с торговцем Синсукэ — «об этом все говорят, после этого ты мне никак не пара — не только в жёны не годишься, но даже в любовницы!» О Синсукэ он услышал от Гэндзаэмона, с которым давно знаком. На этом Синдзабуро: удаляется, оставив Миёкити в полной растерянности и отчаянии. Тут-то и появляется сияющий Синсукэ. Он срочно продал всё своё дело за пятьдесят золотых и на эти деньги выкупил гейшу из весёлого дома (точнее, уплатил неустойку, которая причиталась с неё за разрыв договора с заведением). Миёкити понимает, что теперь ей уже нипочём не убедить возлюбленного, что между нею и торговцем ничего нет и не было. «Убирайся! — кричит она ошеломлённому Синсукэ в слезах, — видеть тебя не хочу! И денег твоих мне не надо — сейчас так и скажу хозяйке».
Синсукэ оказывается в самом дурацком положении. Девушка его отвергла — а после всех его мечтаний его уже не устроит покупать её за деньги, ему-то была нужна любовь! Лавку и товар свой он продал поспешно и по дешёвке — чтобы опять восстановить дело, потребуется много лет упорной работы, просто выкупить назад за те же деньги не получится. Да и что ему лавка, что ему торговля, когда сердце его разбито, а ум помутился от горя! Да так помутился, что на свои деньги Синсукэ покупает дорогущий меч (из-под полы и с переплатой — ему вообще-то мечей носить не положено) и начинает убивать встречных и поперечных на улицах. Не из вражды, не из грабежа — просто душу отводит. Как и следовало ожидать, рано или поздно на его пути оказалась Миёкити и храбро встретила свою судьбу — ей уже тоже нечего терять, она в не меньшем отчаянии, чем торговец. Над её трупом Синсукэ приходит в себя, обнимает тело, закатывает рукав, чтобы последний раз взглянуть на татуировку. Из рукава выпадает какое-то ветхое письмо; Синсукэ  читает… и с ужасом обнаруживает, что Миёкити — его родная сестра, та самая, пропащая. Понятно, что после такого открытия (и с учётом того, что убийцу-маньяка ловит уже вся эдоская стража) ему остаётся только покончить с собой.
 Двадцать восемь лет спустя ученик Мокуами, Каватакэ Синсити Третий, переделал «Праздник Хатимана…» в новую пьесу — «Клинок Кагоцурубэ, или Ядовитое разочарование убийцы» (籠釣瓶花街酔醒, «Кагоцурубэ сато-но Эйдзамэ»). Сюжет там примерно тот же, но нет ни обрушившегося моста, ни потерянной сестры, ни татуировки, а герой из городского торговца стал зажиточным деревенщиной, рябым от оспы и уродливым, но с пылкими чувствами. С точки зрения публики, «ученик превзошёл учителя», и эта пьеса потом ставилась (и экранизировалась) гораздо чаще, чем «Праздник Хатимана…».  

Кончилось там всё столь же грустно. Гравюра Тоёхара Кунитика
 
3. Татуировки игроков: волшебная кость
В Кабуки есть целый поджанр пьес про азартных игроков (股旅物, мататабимоно), и в том числе — трогательная пьеса «Татуированная игральная кость» (刺青奇偶, «Ирэдзуми тё:хан»), которую написал Хасэгава Син в 1932 году.
Героиня этой истории — Онака, потрёпанная жизнью проститутка, успевшая возненавидеть всех мужчин, этих похотливых и корыстных тварей. К усталости и неудачам добавляется болезнь, Онака решает утопиться и бросается в реку, но её спасает проходивший мимо Хантаро:, бродячий игрок в кости. Вместо благодарности он получает поток брани: «ты — такой же, как все мужики, вам только одного и надо; ну что ж, бери меня — заработал!» — «А ты всех по одной мерке лучше не мерь, — хмуро отвечает Хантаро:. — Люди — они разные». Разворачивается и идёт прочь. Онака так изумлена, что не только замолкает, но и спешит вслед за ним. Добравшись до лачуги, в которой живёт Хантаро:, она застаёт его собирающим вещи. «Шла бы ты отсюда, — предупреждает её Хантаро:, — у меня стража на хвосте, сматываться надо». Женщина расспрашивает, в чём дело, и он неохотно рассказывает, что у себя дома, в Эдо, он имел несчастье влипнуть в дело об убийстве, и его сейчас разыскивают — то ли как свидетеля, то ли как козла отпущения в этой тёмной истории, то ли как настоящего убийцу. «Возьми меня с собой! — просит Онака. — Мне всё равно деваться некуда». Хантаро: пытается от неё отвязаться, но время поджимает, и в конце концов они бегут вместе.
В следующем действии они уже стали мужем и женою. Онака уговаривает Хантаро: завязать с игрою, и он понемногу уступает, хотя время от времени всё-таки не может устоять перед искушением метнуть кости. Живут они бедно, болезнь Онаки не прошла, а только усилилась, и она понимает, что скоро умрёт. «Мне немного осталось, — говорит она мужу, — выполни моё последнее желание — позволь сделать тебе татуировку, я умею!» Хантаро: думает, что она хочет наколоть ему на плечо собственное имя — на память, и соглашается.
 Женщина берётся за дело — и когда она заканчивает, Хантаро: с изумлением и неудовольствием видит, что татуировка изображает игральную кость. «Это чтоб ты и после моей смерти вспомнил мои слова, как рука к костям потянется, и остановился…» — говорит Онака.
В следующей сцене избитый и окровавленный Хантаро: валяется у обочины в очередном городке, куда пара перебралась (стража ещё может идти по следу, так что они предпочитают не задерживаться на одном месте). Онака была совсем плоха, денег на лекаря не было, и Хантаро: решил сыграть наверняка — добыть средств на лекарства, ну и вообще, чтоб скрасить последние дни жены хорошей едой и тёплым жильём. Наверняка — то есть использовав налитые свинцом кости. Мошенник он неопытный, попался сразу, и местные игроки с ним расправились. Забили бы и до смерти, но тут вмешивается Масагоро:, глава здешнего уголовного мира, уже разведавший обстоятельства пришельца. Просто пощадить его Масагоро: не может — «ребята не поймут»; но он предлагает неудачнику сыграть с ним в кости. Бандит ставит набитый кошелёк, Хантаро: — собственную жизнь; выбора у него всё равно нет. Хантаро: бросает в бамбуковый стаканчик кости (на этот раз, конечно, проверенные, честные), трясёт, опрокидывает стаканчик на пол, напряжённо замирает. Медленно поднимает стаканчик — и вопит от радости: он выиграл!
Играют, как можно заметить, в заброшенном храме, на кладбище
 
«Что ж, — говорит Масагоро:, — не иначе, что-то приносит тебе удачу. Я своего слова не нарушу — вот тебе деньги; но больше в моём городе играть не смей!» Хантаро: неуверенно тянется к кошельку — нет ли тут подвоха? Но нет, там и впрямь деньги, довольно много, а бандит кивает ему и уходит.  Хантаро: хватает кошель и бежит к дому, крича: «Онака! Онака! Дождись меня!»

А на этой гравюре Куниёси (к пьесе, которая нам не попадалась) нам понравилось счастливое семейство татуированного дядьки, включая домашних животных
Комментарии 
29-ноя-2011 01:45 pm
Спасибо, интересный переход к пьесе о рябом торговце. Теперь стала яснее предыстория кинематографической версии с Тиэдзо Катаокой.
Интересная и третья пьеса, а ещё говорят, что из проституток выходят плохие жёны.
Надеюсь Онака дождалась Хантаро, хоть он и нарушил слово не играть, даже татуировка не удержала, а наоборот принесла удачу в игре.

Помимо костей довольно часто игроки делали себе татуировки игральных японских карт.
29-ноя-2011 02:50 pm
Пожалуйста!
А про татуировки с картами нам просто пьес не попадалось.
29-ноя-2011 04:53 pm
Домашние животные у мужика хороши, жаль, не понятно, кто это.
29-ноя-2011 05:45 pm
Нам тоже любопытно - может, найдётся ещё его история...
23-дек-2011 08:45 pm
А Онака дождалась в итоге?)
23-дек-2011 09:20 pm
Неизвестно - пьеса кончается на этом "Дождись меня!"